Интервью с начальником Горецкого районного отдела Следственного комитета РБ Василием Кривицким и следователем по особо важным делам Максимом Матвеевым


12 сентября профессиональный праздник отмечают все белорусские следователи. Именно  в  этот  день,  ровно  пять  лет  назад,  был  подписан  Указ  «Об  образовании  Следственного комитета РБ». Но до недавнего времени его работники могли претендовать лишь на чествование в узких кругах, и  только  с  июня  этого  года  торжество  приобрело  официальный статус, став в один ряд с другими праздничными датами.

Накануне первого юбилея мы встретились с начальником Горецкого районного отдела Следственного комитета РБ Василием Кривицким и следователем по особо важным делам Максимом  Матвеевым  и  узнали,  чем  они  гордятся,  что  заставляет их просыпаться по ночам и почему молчание способно породить преступление.

Василий Кривицкий
Василий Кривицкий

–   Василий   Владимирович,   как следователь  с  большим  опытом и   человек,   который   возглавляет районный    отдел    Следственного комитета   с   момента   основания, скажите,  с  каким  настроением  ваша  структура  перешагивает  пятилетний рубеж?

– Мы хотя и молодая организация, но  уже  отправили  на  заслуженный отдых    двух    ветеранов:    старшего следователя   Сергея   Кондратьева и  следователя  по  особо  важным  делам Александра Ковалева. Пустили корни,  так  сказать,  что  не  может  не радовать.

Юбилей   отметим   со   спокойной душой: у нас нет незаконно осужденных  и  оправданных  людей.  Пусть  не все  преступления  раскрыты,  но  по нашей вине никто не сидит за решеткой. Это очень важно.

–  «Висяки»  не  мешают  спать  по ночам?

–  У следователей в принципе беспокойный  сон.  Порой  именно  ночью приходят  лучшие  идеи  по  решению определенной  головоломки  в  деле. Но  переживаем  мы  не  из-за  «глухарей»: когда не знаешь, кто совершил преступление,  –  одно,  а  вот  когда знаешь  и  доказать  не  можешь,  это куда более тягостно.

В  целом,  общая  раскрываемость преступлений   в   нашем   регионе,   в сравнении  с  другими,  довольно  высокая: около 83 %.

–  С  преступлениями  какого  характера  приходится  работать  чаще всего?

–  С  кражами:  их  где-то  45  %  от общего количества дел. Вместе с тем мы расследовали и убийства, и ДТП, и  разбои,  и  уклонение  от  воинского призыва,   мошенничество,   хулиган- ство,  распространение  порнографии и наркотиков и др.

Могу   отметить,   что   в   последнее время  в  регионе  участились  случаи хулиганств,   особенно   в   отношении автомототранспорта:  машин  на  улицах стало больше, и некоторым личностям они «мешают». Всего    за  этот  год  в  производстве находились 307 уголовных дел. В суд ушли  135  в  отношении  146  обвиняемых. 18 дел, в которых фигурировал 21   человек,   с   согласия   прокурора были  прекращены,  в  соответствии  с Концепцией  совершенствования  системы  мер  уголовной  ответственности и порядка их исполнения, в рамках  которой  мы  не  доводим  процесс до  суда,  если  человек  впервые  совершил  преступление,  оно  не  носит тяжкий   характер,   он   раскаивается, возместил  ущерб  и  т.  д.    Не  все  люди – преступники, кто-то оступился и ему надо дать шанс исправиться.

–  Сложнее  или  проще  работать следователю  в  век  информационных  технологий  и  мобильности,  в сравнении с советской ситуацией, например?

–    Свои    сложности    доступность информации   накладывает.   Так,   из сериалов  или  интернета  преступники  легко  черпают,  как  скрыть  следы. На  скорость  раскрытия  влияет  и  то, что  наши  люди  стали  более  моторизованными. Все чаще приходится разыскивать  подозреваемых  не  только «под боком», в белорусских городах, но  и  в  других  странах.  Из-за  географической  близости  и  отсутствия  визового  контроля  многие  предпочитают укрываться в России.

Недавно  удалось  раскрыть  «глухарь»  по  краже  в  местном  хостеле 7  тысяч  долларов  и  4  тысяч  евро.  В России вора задержали уже за подозрение в убийстве.

Сейчас  будем  из  страны-соседки экстрадировать   горе-папашу,   который   пытался   скрыться   от   уплаты алиментов. Для меня это больная тема: не понимаю, как можно сбегать от собственного  ребенка.  Новую  жизнь не  начнешь,  если  старая  не  завершена.

Вообще  раз  на  территории  города есть вуз, то география преступлений широчайшая:        взаимодействовать приходится практически со всеми государствами.

–  Летом  вы  приняли  в  свою  семью   троих   новых   сотрудников, они  уже  успели  как-то  себя  проявить?

– После окончания Академии МВД к  нам  прибыли  Александр  Новиков и Кирилл Мартинович, а также Екатерина    Холодкова,    закончившая МГУ им. А. Кулешова. Каждый из них передал  дело  по  краже  в  суд.  Ребята  талантливые,  но  пока  в  них  не сформировался   стержень,   который поможет увереннее принимать решения.  Нет  и  опыта  в  тактике  ведения допросов, однако это дело наживное. Главное,  чтобы  присутствовало  желание  учиться,  тогда  все  получится. Тем более, за каждым молодым специалистом  мы  закрепляем  опытного наставника. Правда,   хотелось   бы   с   сожалением  отметить,  что  разговорить  людей-свидетелей  в  последнее  время становится    все    сложнее.    Многие отказываются  давать  показания,  боясь мести. Но, исходя из опыта, могу уверенно заявить: уверенных личностей, с четкой гражданской позицией преступники   обойдут   стороной.   А вот  молчаливое  согласие  порождает преступление.

* * *

Работа начальника отдела Следственного  комитета  сродни  дирижеру: именно он распределяет дела между   сотрудниками   так,   чтобы они  работали  наиболее  продуктивно.  Одни  из  самых  сложных  поручений  достаются  Максиму  Матвееву. Начав карьеру в 2009 году, сегод- ня  он  занимает  пост  следователя по  особо  важным  делам,  специализируется на преступлениях в сфере ДТП и экономики.

Максим Матвеев
Максим Матвеев

–   Выбор   профессии   был   для вас целенаправленным?

–  Мне  хотелось  приносить  пользу обществу,  и  поначалу  я  раздумывал над  тем,  чтобы  стать  стоматологом. Но побоялся, что не поступлю: в школе у нас не самым  лучшим образом преподавали физику.

–  Совпало  ли  юношеское,  возможно,   сформированное   на   сериалах,   представление   о   работе следователя  с  тем,  что  есть  в  реальности?

Она оказалась куда более сложной,  чем  я  себе  фантазировал.  Иногда  сутками  в  отделении  приходится сидеть.  Сейчас  я  веду  всего  два  дела,  но  одно  состоит  из  16  эпизодов, по  второму  насобиралось  300  стра-ниц.  Оба  в  отношении  лиц,  бравших взятки.

А  сериалы  о  следователях  я  бы запретил  для  просмотра.  К  действительной работе правоохранительных органов они имеют мало отношения. Такого,  что  людей  избивают  во  время дачи показаний или незаконными методами проникают в жилище, у нас нет и не было. Может, в СССР подобное  имело  место,  я  в  те  времена  не работал  и  не  могу  ручаться,  но  сейчас,  когда  допросы  фиксируются  на видеокамеры, это исключено.

–  Можете  назвать  самый  запоминающийся или сложный эпизод из практики?

–  Они  все  непростые.  Порой,  чтобы  раскрыть,  казалось  бы,  банальную кражу курицы, нужно «накопать» несколько томов информации.

Могу,  пожалуй,  отдельно  отметить лишь   недавний   случай,   связанный с  неуплатой  налогов  предприятием. Особенный  он,  так  как  раньше  с  по- добным   сталкиваться   не   приходилось.  Денег  у  предприятия  не  было, и   одни   юристы   утверждали,   что   в данном   случае   состава   преступления нет, другие настаивали, что есть. Пришлось советоваться с коллегами на  уровне  республики,  повозиться  и прийти  к  общему  знаменателю.  Руководителя предприятия, в конечном счете, осудили.

Члены семьи смирились с вашим частым отсутствием дома?

–  Они  от  этого  в  восторге  (смеется)!  На  самом  деле  мне  очень  повезло  с  женой  Анастасией:  она  ко всему относится с пониманием. Свободное  время  я  стараюсь  проводить с ней или на прогулках с дочерью Каролиной.

–  Рядом  с  дверью  вашего  начальника  я  обнаружила  объявление с телефонами оказания психологической   помощи   сотрудникам подразделений  области  и  членам их семей. Вам не приходилось обращаться за такими консультациями?

–  К  счастью,  нет.  По-моему,  если тебе  понадобилась  психологическая помощь,  то  это  прямой  путь  к  тому, чтобы  покинуть  это  место.  Да,  нам приходится  общаться  с  людьми  разного  круга,  как  с  асоциальными  элементами, так и с влиятельными. Некоторые  из  них  могут  оказывать  давление,  угрожать.  Но  нужно  выработать блок  и  стрессоустойчивость.  Хорошо в этом деле помогают юмор и физическая разрядка. Поэтому у себя в отделе  мы  постоянно  шутим  и  стараемся регулярно заниматься спортом.

Катя КАРПИЦКАЯ.

Фото Сергея ЮДИНА.


Оставить комментарий